Тётушка Дженни (буржуйский инфантилизм)

Тётушка Дженни (буржуйский инфантилизм)

В восьмилетнем возрасте я почти не помнил своего раннего детства. Ни отца, с которым мама развелась, когда я был ясельным малышом, ни оставшихся в Техасе бабушки с дедушкой. Мы с мамой уехали из Техаса в Пенсильванию через полгода после развода. Мне тогда было около трёх. Единственной, кого я смутно помнил, была мамина младшая сестра Дженни. Почему-то запомнилась только она — красивая старшеклассница, которую я, трёхлетний карапуз, просто боготворил.

Теперь, через пять лет, мне предстояло увидеть ее снова. И не просто увидеть, а жить с Дженни в одном доме. Уезжавшая в заграничную командировку мама почему-то решила отправить меня на месяц к дедушке с бабушкой.

— Ну вот и приехали, — сказала мама, расплатившись с таксистом, высадившим нас перед солидным двухэтажным домом.

— Привет, Мэгги! — радостно улыбнулась выбежавшая нам навстречу Дженни.

— Привет! — расплылась в улыбке мама, обняв сестру, — Целую вечность не виделись.

Я не мог оторвать взгляд от ослепительно красивой светловолосой девушки.

— Как Томми подрос, — улыбнулась Дженни, — А я его последний раз видела трёхлетним малышом. Помнишь, Мэгги, как мы приучали его к горшку?

— Еще бы не помнить, как ты Томми на горшок сажала, — усмехнулась мама.

— Только он предпочитал всё делать в штанишки, — засмеялась Дженни.

«Как мама может вспоминать такие вещи?» — обиженно подумал я, густо покраснев.

— Такой же стеснительный, — улыбнулась Дженни, бросив на меня беглый взгляд, — Ну что, идём в дом?

Мы зашли в дом, оказавшись в просторной гостиной.

— Тут за пять лет ничего не изменилось, — сказала мама, оглянувшись по сторонам.

— Скоро изменится, — усмехнулась Дженни, — Осенью наконец уезжаю от родителей.

— Точно, — вспомнила мама, — Ты ж поступила в университет в другом штате.

— Даже если б не поступила, все равно б уехала, — заявила Дженни, — В 19 лет уже пора жить отдельно.

— Хорошо, что ты пока здесь, — сказала мама, — А то пришлось бы тащить Томми с собой в командировку.

Я тяжело вздохнул, вспомнив, что маму ждала месячная комвндировка в Китай.

— У меня больше не с кем его оставить, — вздохнула она, — Только тут: с тобой или с родителями. А они еще шесть недель в разных круизах проведут.

— И почему все люди, выйдя на пенсию, начинают путешествовать? — улыбнулась Дженни.

Мама отнесла большую сумку с моими вещами в гостевую спальню на первом этаже.

— Справишься с Томми одна? — спросила она у сестры, вернувшись в гостиную.

— Конечно справлюсь, — улыбнулась моя молодая тётя, — Он же не годовалый. Подгузники менять не нужно.

— Как тебе сказать, — замялась мама и взяв Дженни за руку, увела ее на кухню.

«О чем они там секретничают?» — недовольно подумал я, прислушиваясь к доносившимся из-за прикрытой двери приглушенным голосам.