Низвержение

Низвержение

— Знакомьтесь, это Света. Она будет учиться в вашей группе.

Рядом с МарьВасильной стояла худенькая девочка, в платьице, которое явно уже было маловато, серых колготках и потертых ботиках. Она с опаской смотрела аудиторию.

— Пусть Света быстренько о себе расскажет, и начнём лекцию.

— Здравствуйте, — тихим голосом сказала девочка. — Меня зовут Михайлова Света, мне восемнадцать лет, скоро девятнадцать, мы с папой приехали сюда летом. У нас умерла мама, и мы переехали. Вот…

— Сиротка, значит! — глумливо крикнул дурак Сергеев с задней парты. На него зашикали. Девушка вся сжалась, губы задрожали, но слез не было.

— Дурак ты, Сергеев, и не лечишься.

Это Машка Петрова. Самая шебутная, но и лучшая ученица в группе.

— Иди сюда, у меня место свободно, пока Ленка болеет! Она летом заболела, и ещё не приходила.

Девушка прошла за парту, и начался урок…

Две недели все шло как обычно. Новенькая сидела тихо, тихо писала, тихо отвечала у доски, и внимания на неё не обращали, ну, есть и есть…

К концу сентября вернулась Ленка. За лето она выросла и выглядела не на восемнадцать, а на все двадцать. Коротенькая джинсовая юбка обтягивала округлившуюся попку, из под блузки выпирала уже совсем не девичья грудь.

— Это что за моей партой?

— Новенькая. Недавно переехала.

— Да плевать. Слышь, новенькая, брысь с моего места!

Света собрала вещи и пересела на последнюю парту в угол.

Ленка и до того была заводилой, а теперь сразу стала в группе главной. В деревне у бабки, где провела лето, она набралась грубости, начала курить, и пацаны шептались, что у неё какая-то история случилась. Когда дурак Сергеев попытался потрогать её грудь, она так влупила ему по яйцам, что тот отпросился домой, а после безоговорочно стал Лениным подпевалой. Машка Петрова смотрела на неё восхищёнными глазами, да и остальные девочки быстро превратились в свиту королевы.

Новенькая не принимала никакого участия в этой жизни, ни с кем не дружила и после училища сразу уходила домой.

В ноябре стало холодно, девчонки стали ходить в джинсах, и только новенькая ходила в том же платьице, в кофте поверх, и вместо колготок появились какие-то рейтузы.

Однажды после четвертой пары, Ленка вдруг заорала: Где мой телефон, придурки? Найду, кто спиздил — урою! Она подошла к двери, и вставила в ручку швабру. А ну, живо все открыли свои сумки!

Всё как по команде высыпали содержимое на парты. Кроме новенькой. Ленка прошла по рядам, почти не глядя, а когда дошла до новенькой, сказала

— А ты?

— Я не брала.

— Сумку открыла, тварь!

— Я не брала!

— Так… Машка, Танька, идите сюда. Держите её. Все остальные живо отсюда! А, Сергеев, ты у двери, на шухере!

Всё кинулись к двери, и в классе остались только Ленка, Машка и Танька, самые верные фрейлины, да Сергеев у двери.

Ленка дала знак, и Машка с Танькой выволокли Свету из-за парты.

— Значит так. Открывай сумку.

— Я не брала телефон, — тихо сказала Света.

— Да мне, в общем, насрать. Телефон у меня. А вот то, что ты не слушаешься — очень плохо. Встань на колени!

— Зачем?

— Прощенья будешь просить.

— За что?

— За не послушание. Ясно?

И она отвесила подзатыльник. Светка заплакала.

— На колени, сучка!

Танька сзади ударила ногой под колено и Светкины ноги подогнулись. Танька подтолкнула ещё, и Светка оказалась перед Ленкой на коленях.

— Теперь проси прощения!

— За что? — сквозь слезы повторила девочка.

Тяжёлая пощечина обрушилась на Свету. Из глаз брызнули слезы.

Ленка смотрела сверху вниз, даже без гнева, но было понятно, что от своего она не отступится. И никто не поможет…

И Света прошептала

— Прости…

— Не слышу!

— Прости…

— Те!

— Что?

— Не прости, а простите, Елена Владимировна! — она занесла руку…

— Простите, Елена Владимировна — быстро проговорила Света.

— Ух, ты! Быстро учишься! Теперь пошли в туалет. Сергеев, на сегодня свободен! Хотя, нет. У туалета на шухере постоишь.

В туалете никого не было. Уроки кончились, учителя на втором этаже в учительской.

— Сидоров, держи дверь. А ты — это Светке — на колени. Девушка без слов опустилась на колени. Танька смотрела на это с удовольствием, Машке, кажется, было неудобно, но это же Ленка! Она королева группы, ей все можно. И она такая красивая!

— Снимай кофту.

— Зачем?

— Ты больше ничего не спрашиваешь. Всё, что ты имеешь право говорить, это да, Елена Владимировна! Ясно?

— Да, Елена Владимировна…

— Снимай кофту.

Света сняла кофту.

— Иди к толчку.

Светка на коленях подошла к унитазу.

— Голову вниз. Танька, смени Сергеева, а ты иди сюда. Задери ей платье!

Светка сжалась, глядя в унитаз, но не пошевелилась.

Сергеев, глупо улыбаясь, задрал светкино платье.

— Теперь штаны. Да не твои, урод, её!

Сергеев наполовину стянул рейтузы. Показались хлопчатые застиранные трусики непонятного цвета.

— Не надо…

— Заткнись! Теперь ты сама попросишь, чтобы он продолжал.

— Елена Владимировна… Пожалуйста… —

— Что?

— Пожалуйста…

— Ну? Думай, что сказать.

— Пожалуйста, пусть продолжает…

— Ай, умничка! — Ленка засмеялась. Маша не знала, куда себя девать. — Сергеев, продолжай!

Мальчик стянул рейтузы до колен. Трусы оказались явно велики, и очень не новые.

— Теперь сама снимай платье!

— При нем?

— Да. Он уже твои трусы видел, стесняться нечего!

Света, уже без слез, стала через голову стягивать платье. Получалось плохо, платье мало…

— Маша, помоги ей!

Маша, чувствуя жуткий стыд, раздела Свету. Девочка, стоя на коленях, в спущенных рейтузах, прикрыла грудь руками. Лифчика на ней не было.

— Руки опустила!

— Да, Елена Владимировна…

Света опустила руки по швам. Сергеев вылупился на небольшие острые грудки…

— Что, Сергеев, нравится?

— Ага!

— Новенькая, как там тебя?

— Света…

— Света-звезда минета! Попроси Сергеева потрогать!

— Не на… — быстрый ленкин взгляд — Да, Елена Владимировна… Витя, потрогай…

— Потрогай что? — вкрадчиво спросила Ленка

— Мою грудь…

— Не грудь. Сиськи!

— Витя, потрогай мои сиськи… — Свету почти не слышно, но руки парня уже щупают её груди.

— Хватит, а то всё слюной зальешь! Все, вали отсюда. Чтоб на телефоне ждал. Пиздуй. Сергеев испарился.

— Так. Маша, стяни с неё трусы.

— Лен, может не надо? — робко сказала Маша. А ведь раньше была самой бойкой, хоть и отличница.

— Маша… — тихо начала Лена, — стяни с неё трусы, или ты знаешь, что будет…

— Да, Елена Владимировна…

Маша стянула со Светы трусики. Показался уже покрытый волосами лобок. Света попыталась прикрыться, но ленкин взгляд остановил её.

— Встань. — Света встала, руки по швам.

— Танька, иди сюда. А ты, Маша, к двери.

Маша с облегчением отошла.

— Что скажешь, Танечка?

— Пизда заросшая, сиськи маленькие.

— Хорошее описание. Жопу ей проверь.

Танька обошла Свету, потом резко нажала на затылок и Света согнулась пополам. Девочка невольно сжала ягодицы, но Таня двумя руками раздвинула половинки и доложила:

— Жопа чистая!

— Вольно! — Ленка наслаждались ролью командира.

Всё, не нужна больше. Пиздуй домой. Ждать у телефона.

Испарилась и Танька.

— Машенька, иди сюда.

Маша подошла, стараясь не смотреть на униженную девушку.

— Проверь её.

Маша протянула руку, потрогала Свету между ног.

— Мокрая!

— Хорошо! Теперь иди, и жди у школы.

Ленка и Света, по-прежнему голая, со спущенными рейтузами, остались одни.

— Значит так, — начала Ленка. — Когда мы одни, ты меня …