Крепость

Крепость

Наконец он добрался до нее. Сколько на это ушло бесконечных дней и ночей, сколько рассветов, несущих за собой иссушающее, сводящее с ума солнце, — и закатов, покрывающих все живое пронзительной, холодной темнотой… Кевин не считал. И даже если и начинал — сбился со счету. Главное, что он все-таки нашел ее. Она возвышалась перед ним всей своей каменной мощью. Стены Крепости уходили в небо и, казалось, срослись с тяжелым серыми облаками.

Кевин оглядывал каждый камешек, каждую шероховатость стены — он почти с любовью трогал ее ладонью, пытаясь успокоиться от внезапно нахлынувшего счастья. Теперь все будет хорошо. Теперь он станет Богом. Кевин закрыл глаза и перед ним пронеслась картина, ставшая уже такой далекой — Поселение, пыльная широкая дорога и эти яркие, мерцающие огни на горизонте. Если бы старейшины не понадеялись тогда на чудо, если бы увели жителей далеко в горы, — сколько ненужных, бессмысленных смертей можно было бы избежать…

Абакар наступал медленно — будто давая людям последний шанс уйти. Но Поселение было молодым и гордым. У мужчин были силы и желание сражаться. В честном бою им не было равных. Абакар — подумаешь, какое-то очередное воюющее племя, пытающееся захватить землю, которой у них никогда не было. Против Поселения уже давно никто не выступал, значит это были какие-то иноземные выскочки. Тем проще будет их поставить на место, — наверняка в Чужих землях не было такого оружия…на приближающиеся горящие точки Поселение смотрело со спокойными самоуверенными улыбками. До гибели оставались считанные часы. Факелы мельтешили в густых безлунных сумерках уже у самых стен Поселения. Чужаки подошли так близко, что в тусклом свете дрожащих огней можно было разглядеть их лица.

Кевин оглянулся на своих братьев. Они готовы были ринуться в бой при его первом слове. Он крепче сжал рукоять меча — еще рано. Пусть атакуют. Пусть подойдет еще ближе, к воротам. Там их уже ждут. Рой с ребятами нападет справа, Билли слева, а Кевин обрушиться сверху, с крепостной стены, по периметру которой растянулись лучники. Кевин улыбнулся — его браться были лучшими стрелками. И даже ночь не была помехой для их стрел — в темноте они попадали в цель ничуть не реже, чем при дневном свете. Он в нетерпении посмотрел вниз — чего же чужаки тянут? Они просто стоят и выжидают. Может быть думают, что мы сдадимся без боя? Так, а это еще что такое?

Среди чужаков стало заметно движение, первые ряды расступились, давая дорогу человеку. Кевин впился в него взглядом. Даже в неровном свете факелов в нем была заметна какая-то странность. Что-то было не так. Но что?.. Высокий, мощного телосложения, лицо — обычное. Правда черты довольно резкие и выражение суровое и насмешливое. И глаза… Светлые. Очень светлые. Почти белые. Теперь Кевин понял, что в нем было не так. Его глаза. Пронизывающие. Кевин поежился и решил, что этого выскочку убьет сам.

Чужак подошел к воротам и махнул рукой. В следующую минуту ворота заскрипели и с грохотом рухнули на землю. Кевин не верил глазам — как это могло произойти? Он не успел закончит мысль — чужаки с криками ринулись в Поселение. И лишь главарь пошел вперед медленной, задумчивой походкой, будто происходящее его не касалось. Кевин проорал что есть мочи — в ту же секунду десятки стрел полетели в сторону врагов. Он натянул тетиву и прицелился — стрела попадет прямо в сердце. Со свистом разрезая воздух, стрела пролетела мимо. Кевин послал вторую, третью, десятую — все они втыкались в землю у ног чужака. Тот остановился и посмотрел вверх. Их взгляды встретились. Кевин похолодел, внезапно накатил беспричинный ужас, ему показалось, что это вовсе не человек. Таких глаз у людей не бывает. Он сбросил с себя оцепенение и ринулся вниз. Если он промазал стрелами, то мечом точно попадет.

Кевин кинулся наперерез главарю и, занеся руку, обрушил на него сокрушительный удар. Лезвие меча, уже готового войти в плоть, было остановлено голой рукой, противника, не причинив ему никакого вреда. Чужак перехватил меч и отбросил его в сторону. Кевин застыл на месте — что происходит? Какого черта! Он кинулся на него, но тут же рухнул на землю от едва заметного движения врага. Кевин попытался подняться, но понял, что не может даже пошевелиться. Какая-то неведомая сила удерживала его.

Чужак подошел и, склонившись над ним, прошипел…

— Не спеши умереть. Не сейчас. Ты умрешь позже, — он занес руку и ударил поверженного противника в лицо. Кевин ощутил резкую боль и провалился в пропасть.

…Кевин с трудом разомкнул тяжелые веки. Минуту пытался понять, где он и что произошло, затем вскочил на ноги и кинулся к Поселению. Он ходил по опустевшим улицам, забегал в дома, но не встретил ни одной живой души. Сердце сжалось, когда он увидел мертвое тело своего брата. Потом еще одно, и еще… Его братья, его друзья — все лежали с перерезанным горлом, сжимая в руках мечи, которыми так и не успели воспользоваться — ни пятна крови на блестевших под солнцем лезвиях.

Кевин упал на колени и беззвучно зарыдал. Он не заметил, как стемнело. Где-то в сумерках послышался шорох. Мужчина тихо потянулся к мечу и приготовился нападать. Из-за угла появилась чья-то фигура и направилась к нему.

— Кевин! — женский голос разорвал тишину мертвого города, — Ты жив! — девушка кинулась к нему и повисла на шее. Слезы потекли из ее огромных зеленых глаз.

— Он не человек! Он убил самых сильных, а остальных взял в рабство. На него накинулись десятки наших, но даже не смогли ранить. Он всех увел с собой, — закованными в цепи, как животных. Его племя пошло дальше на север, покорять другие земли. Но они вернуться сюда, ведь мы были последним Поселением в этих краях. Дальше пустыня. Они вернуться! — Девушка задыхалась от рыданий…

— Тише, Алина, тише, — Кевин гладил ее по волосам, целовал в мокрые щеки, пытаясь успокоить… Еще кто-нибудь спасся?

— Немногие. В основном женщины и дети, — старейшины успели вывести их в горы. Я вернулась сюда — может быть остались раненые. Я обошла весь город, — никого в живых. Что же теперь делать, Кевин?.. Пойдем, пойдем, — девушка потянула мужчину за рукав. Уже через миг две фигуры растворились в ночной темноте.

…Кевин не верил своим ушам. Он думал, что Крепость — это легенда, миф, передаваемый из поколения в поколение, чтобы развлечь детей. И вот сейчас самый мудрый старейшина убеждает его, что это правда.

— Такой силой, как у Абакара, обладает лишь тот, кто вышел из стен Крепости, — продолжал старейшина Амир, устало подбрасывая сухие ветки в костер… — Я лишь однажды видел нечто подобное, и это нечто родилось там, в Крепости. Там обитают Боги. Они могут останавливать взглядом, им не страшна боль, они не боятся смерти, потому что умирают только по своей воли. Их невозможно победить, если ты сам не такой же как они…

— Так что же теперь, смириться? И пусть наше племя навеки останется в рабстве? — Кевин негодовал.

— Ты не сможешь победить Абакара, пока сам не станешь Богом…

— Богом?

— Абакар оставил тебя в живых, но не сделал рабом. Значит он увидел в тебе своего…

— Но это же чушь… Даже если Крепость существует, как я ее найду? А если найду, как попаду внутрь — ведь я чужой! — Кевин был в смятении. Он был готов перевернуть землю, чтобы вернуть свободу своему племени, но цепляться за такую невесомую надежду как древняя легенда по крайней меренесерьезно. С другой стороны, он прекрасно помнил, что вытворял тот человек. Если есть хоть малейший шанс стать ему равносильным противником, то он его использует.

— Но как же мне искать эту чертову Крепость? — Кевин понизил голос, — Алина тихо посапывала, положив голову ему на колени. Хорошо, что заснула. Его сердце сжалось от жалости и любви — эта девушка самое ценное, что у него было.

— Иди, куда тебе подскажет интуиция. Если тебе суждено стать Богом, рано или поздно это произойдет. Мы будем тебя ждать…

Кевин осторожно привстал, аккуратно переложив спящую девушку на мягкую подстилку из листьев.