Горничная Соммерсов. Часть 1

Горничная Соммерсов. Часть 1

Келли придирчиво оглядела себя в зеркало и глубоко вздохнула. Увиденное ее не очень-то радовало. Холодное стекло беспристрастно отражало портрет горничной из сексуальных видений сексуального же маньяка. Стройные ножки, затянутые в черные чулки, короткая расклешенная юбочка, из-под которой виделся нижний край кружевной резинки чулок, крохотный белый передничек и, наконец, корсет, лиф которого поднимал сочные груди девушки так, что они казались двумя розовыми шарами, уложенными в черные лунки.

Келли боялась даже глубоко вздохнуть или немного наклониться. Ей казалось, что при малейшем движении пышная плоть тут же вырвется на волю. Немного поэкспериментировав, девушка пришла к выводу, что если вдыхать не очень глубоко и не наклоняться слишком сильно, ничего непоправимого не произойдет и окружающие не увидят ее сосков. И еще одна мысль пришла в голову девушке. Она повернулась к зеркалу спиной и попыталась еще раз нагнуться. То, что увидела Келли, бросив взгляд через плечо, очень ей не понравилось. Получалось так, что даже легкие наклоны могли привести не только к оголению бюста, но и к гораздо более неприятным последствиям — короткая юбчонка задралась, частично обнажив крепкие упругие ягодицы и узкую белую полоску трусиков, едва прикрывающую интимное место. Впрочем, тончайшая ткань так рельефно обрисовывала киску, что даже Келли, вообще-то благовоспитанная и скромная девушка, невольно потянулась к себе между ножек. Ее наманикюренный пальчик лег в расщелину между половых губок.

— Ах, — легкий вздох вырвался у Келли.

В Колледже Обслуживающего персонала на родине девушки обучались отдельно от юношей, и переносить сексуальное одиночество было бы трудно. Келли слышала, что некоторые девушки в колледже занимаются любовью друг с другом, но сама она изредка позволяла себе сбросить напряжение с помощью собственных пальчиков. В общем, не смотря на всю благовоспитанность, Келли не смогла устоять перед соблазном и хотя бы слегка приласкать свою щелку.

Неожиданно послышался стук в дверь, и Келли поспешно отскочила от зеркала, сделав вид, что любуется океаном в окно.

Вошла Агнесса, жена младшего брата в семье Соммерсов. Она придирчиво осмотрела Келли и удовлетворенно тряхнула белокурой головкой.

— Мальчикам понравится, — белозубо улыбнулась она и протянула служанке коробку. — Поспеши, семья уже собирается на обед.

От неприкрытого намека на сексуальность своего наряда Келли слегка покраснела, а Агнесса лукаво усмехнулась и выскользнула из комнаты.

Келли торопливо надела то, что было в коробке — черные туфли на высоченной шпильке с белой опушкой, почти закрывающей чуть заостренные носы, белую ленточку на шею, белые перчатки и белую же заколку в волосы.

***

Сердечко девушки замерло, едва она переступила порог столовой и все присутствующие повернули головы в ее сторону. Келли почти физически почувствовала, как взгляды ощупывают ее ладную фигурку, скользят по длинным ногам, касаются полуобнаженной груди.

Потупя взор, девушка торопливо пересекла столовую и встала на свое место.

Все окна в столовой были завешены плотной тканью, и ни один лучик тропического солнца не проникал в помещение. За столом расположилась все семь человек, живущих на вилле Соммерсов — глава клана Джон Соммерс, его жена Патрисия, двое сыновей — Марвин и Стен, жена последнего Агнесса, а также самая младшая в семье дочь Дороти со своим женихом Паоло. Здесь также присутствовали обе служанки, Хельга и Мириам, одетые примерно так же, как Келли, а также здоровенный негр Хуан, уже начавший разносить холодные закуски. Девушка знала, что пока ее услуги не нужны. По распорядку ей полагалось собирать грязную посуду, менять бокалы и салфетки. В самом начале обеда этого не требовалось, блюда мог разносить только Хуан, поэтому служанки застыли словно изваяния за спинами своих хозяев. Однако постепенно им пришлось включиться в работу.

Келли меняла бокалы, находясь между Марвином и Агнессой, когда вдруг почувствовала, как уверенная рука легла на ее бедро с внутренней стороны и принялась поглаживать его. Девушка на мгновение замерла, но обязанности убрать со стола грязные бокалы с нее никто не снимал. Не чуя под собой ног, Келли продолжила свою работу, искоса взглянув на Марвина. Тот слегка поднял бровь и не церемонясь повел свою руку выше. Вскоре он вовсю тискал под юбкой упругие ягодицы, наслаждаясь их гладкостью и шелковистостью.

Келли поспешно собрала бокалы и отскочила от стола, поймав на себе несколько удивленных взглядов, а Марвин принялся как ни в чем ни бывало разглагольствовать на отвлеченные темы.

В следующие разы Келли постаралась не приближаться к Марвину или по крайней мере не задерживаться возле него очень долго, чтобы он не успел забраться ей под юбку.

Возникла еще одна проблема. От постоянных движений пышная грудь девушки стала постепенно выскальзывать из тесного плена чашек лифа. Келли не смела взглянуть вниз, но чувствовала, что ее соски уже весьма условно прикрыты белоснежными кружевами, окантовывающими лиф. Об этом свидетельствовали и заинтересованные взгляды, кидаемые изредка на ее бюст главой семьи Джоном и находящимся напротив Паоло. Под этими взглядами предательские соски напряглись, и теперь терлись о кружева, причиняя девушке сладкую муку.

Находясь в полубреду. Келли совершила ошибку, оказавшись рядом с Марвином. Ее ягодицы вновь подверглись непристойной атаке.

Девушка едва дождалась конца обеда и ринулась в свою комнату, чтобы поправить лиф. К тому же ей пришлось сменить трусики, промокшие насквозь.

Едва Келли успела подмыться и надеть свежие, ничем не отличавшиеся от прежних, трусики, как на поясе завибрировал пейджер. «Терраса №2» прочитала девушка и бросилась вон из комнаты.

Пройдя сквозь стеклянные двери, раздвинувшиеся перед ней, Келли увидела Марвина, беседующего со своей матерью. Они устроились в удобных креслах и смотрели в сторону океана.

Патрисия, казавшаяся благодаря лучшим косметологам галактики едва ли не моложе своей дочери, сказала, когда Келли появилась перед ней:

— Милочка, распутай это дурацкое ожерелье, а то оно меня задушит.

С ужасом Келли поняла, что ей придется наклоняться, а Марвин снова займется своими непристойными штучками. Так все и произошло.