Целоваться Вика умела, у меня даже голова закружилась. Потом она оттолкнула меня к Тане и уже другие мягкие губки прижались к моим.
— До чего любовь доводит, — засмеялась Вика. — Ты Танька представь, что с тобой будет, если Сережка заболеет, а ты нет!
Таня изумленно посмотрела на меня, такая мысль ей в голову не приходила.
— Кстати, Сережины губки показались мне немного горячими, — Вика достала с тумбочки градусник и засунула мне под мышку.
— Пока температура меряется, имею честь сообщить вам следующее. Ведете вы себя как дети малые. Утром Сережа отнес Таню на другой берег реки, это раз. Ровно на середине вы остановились и стали целоваться, это два. Всем известно, что на другом берегу реки нет ничего, кроме леса, это три. Опоздали на обед, это четыре. Вернувшись, вы демонстративно целовались в столовой, это пять. Ваше счастье, ребята, что грибы принесли. Ясно, что не все время сексом занимались. Взрослые с вашими грибами сегодня ночью собираются пьянку устроить.
Мы изумленно смотрели на Вику.
— Не зря меня зовут радисткой Кэт, — скромно объяснила она. — Ну вот, тридцать семь и восемь. Зря целовались.
Таня была в полном трансе. Ее губки совсем не показались мне холодными, я поразмышлял, стряхнул градусник, расстегнул блузку, вставил градусник и прижал руку к телу. Сама она не догадалась этого сделать.
Вика продолжила анализ ситуации:
— И есть еще нюансы. Самый хороший — это я. Мне обидно, меня гораздо легче носить на руках, чем огромную Таньку, а меня еще никто не носил! Второй нюанс состоит в том, что несколько младших девочек влюблены в Сережу. Из старших только одна дурочка нашлась.
— Не смей называть меня дурочкой, — засмеялась Таня.
Ее лицо становилось розовым. Я уже знал, что Таня краснеет от ревности.
— И кто же остальные?
— Сережа нравится Мальвиночке!
— Сашенька очень умная девочка, зачем ей этот дурачок, — задумчиво пробормотала Таня.
— Есть еще Екатерина Романова, она безумно влюблена в нашего Сережку! — продолжила Вика.
— Она учится в четвертом классе, и у нее совсем нет грудей!
— Любви все возрасты покорны, так нас учили. И нечего возмущаться. Что знаю, то и говорю. Катька еще ухитрилась навести массовый психоз на своих подружек. Почти все они в него влюблены. У маленьких девочек оставалась надежда, а вы ее лишаете. Подумайте над этим. И потом, тебе-то чего ревновать, Сережка в тебя влюблен, а не в этих мартышек! — обиделась Вика.
Мы немного подумали. Кроме ревности, были и другие мотивы. Мои девочки отлично играли в пинг-понг. Я же в начале лета совсем не умел играть и начал учиться у малышей. Вскоре я познакомился с хорошим маленьким игроком Катей Романовой, и она стала моим тренером. Результаты были великолепные. В парном разряде мы ухитрились выйти в полуфинал и в матче за третье место обыграли Таню с Викой. А у подружек психоза не было. Однажды я на танцах я отыскал Катю в стайке ее подружек, и заметил огорченные личики. Кавалеров у десятилетних девочек всегда не хватало. С тех пор я обязательно приглашал Катиных подружек танцевать, стараясь никого не пропустить. Было наслаждением наблюдать их счастливые мордочки.
Таня вынула градусник, даже не стала смотреть на него и сунула Вике.
— Ну, Танька везучая! — почти закричала она, — тридцать восемь ровно. Ребята, вылезаете из окна и спокойно входите в дверь.
Долго ждать мы не стали, я вылез из окна, счастливая Таня опустилась ко мне на руки. Шепотом мы посовещались, идти вместе или отдельно, поцеловались, и, в конце концов, вошли вместе с главного крыльца.
— А что у вас, деточки? Заболели милые? — В приемной нас встретила вездесущая Вика, — сейчас я Настю позову!
Она побежала к Насте с криком:
— Настя, сразу двое больных пришли!