Ничего личного — только бизнес

Ничего личного - только бизнес

Гарольд рассмеялся — он довел эту блядь до оргазма на глазах у ее собственного сына. Когда мамин оргазм стих, он вытащил свою дубинку из нее и выплеснул впечатляющую струю спермы ей на живот и сиськи.

-Сынок, пожалуйста, возьми полотенце и протри меня, — попросила мама.

Я нашел в шкафу пушистое полотенце и вытер сперму с ее тела.

-Вон там, на щеке, — заметил Гарольд.

Вытирая молочно-белый сгусток с покрасневшей щеки, я не выдержал и спустил. Мама с Гарольдом дружно рассмеялись, увидев темное пятно у меня в паху. Закончив приводить маму в порядок, я извинился и побежал в ванную, а потом в свою комнату — переодеться. Хотя я только что офигенно спустил, возбуждение не покинуло меня, и, боясь пропустить чего-нибудь, я как вихрь ворвался в мамину спальню.

Поиграв немного с мамиными сиськами, Гарольд попросил ее отсосать у него. Мама взяла в рот его обмякшую сосиску и принялась за дело. Ей потребовалось двадцать минут, что у Гарольда встал, и еще столько, прежде чем он кончил ей в рот. Проглотив «молочко», мама подмигнула мне. Больше чем на два раза Гарольда не хва-тило, и когда он ушел, я спросил у мамы, по настоящему ли она кончала.

— Да, конечно. Разве не видно? Меня иной раза даже это даже пугает, а вдруг я нимфоманка, потому что обожаю трахаться.

Каким бы сильным не было мое впечатление от первой раза в качестве маминого ассистента, все это цветочки по сравнению с тем, что случилось на следующую ночь. На этот раз клиентом был мужчина, примерно ее воз-раста, он тоже заплатил сто долларов за то, чтобы я понаблюдал за мамиными трудовыми буднями. После того, как мама отдала мне деньги, она попросила подождать минуту, и только потом войти в ее спальню. И когда я там появился, то увидел ее, стоящей на коленях, и отсасывающей у этого мужика. Его левая рука покоилась у нее на затылке, а правую — он протянул мне.

— Меня зовут Кен, — представился он. — А мамаша-то у тебя обалденно сосет.

Затем мама встала на постели, на четвереньки, а Кен вытащил из бумажника двадцатку и дал мне.

-Это за то, что ты направишь мой хуй в ей пизду, — и, встав на колени позади мамы, нацелил свой толстый инструмент на ее щель.

Я снизу обхватил его член, слегка вздрогнувший, когда я сунул кончик межу срамными кубками. Мягкая рас-тительность на маминой письке пощекотала мою руку.

— Вперед, — скомандовал я, и Кен одним мягким движением вошел в маму.

Хотя член у него был и больше, чем у Гарольда, но старик действовал гораздо более искусно, а Кен просто тра-хался только ради собственного удовольствия. Однако маму скоро пробрало, и она вела себя с ним, точно так же как и с Гарольдом.

-Видишь, как у твоего сынка встал? — сказал Кен. — У меня появилась отличная идей — я дам ему еще сотню, а он разденется и подрочит, глядя на нас.

Мама ответила, что как я решу, так и будет. Тогда я взял у него деньги и начал раздеваться.

-Эй, а парень-то отлично оснащен, — заметил Кен, когда я приступил к отработке сотни. — Сильвия, ты толь-ко посмотри какой у него хуй.

Мама абсолютно стеклянным взглядом уставилась на мою покрасневшую дубинку. Как же здорово было мас-турбировать у нее на глазах.

— Да, вот так, смотри, как твой сынок шкурку гоняет, — Кен перевернул маму на спину и дрючил ее в миссионер-ской позиции. — О’кэй, дело такое, — обратился он ко мне. — Я вот-вот кончу, и если ты спустишь одновременно со мной, то накину тебе еще двадцатку.

Я и сам был на волосок от оргазма, и когда Кен с диким воплем выдернул из мамы хуй и стал кончать на нее, то выплеснул приличную порцию себе на грудь — это был один из самых сильных моих оргазмов.

Какое счастье, что Кен так завел маму, потому что если бы он не была бы так возбуждена, то, что произошло потом, могло бы и не случиться.

-Да, ну и спустил твой сынок, — сказал он. — У меня еще одна мысля, появилась. Сильвия, ты можешь зара-ботать сотню сверху, если оближешь его.

Ма даже колебаться не стала.

-Покажи деньги, — потребовала она. — И не забудь, что ты обещал ему двадцатку, если он кончит вместе с тобой.

Мне же происходящее в спальне казалось каким-то сном — мама встала передо мной на колени, и мой все еще подрагивающий член коснулся ее большихсисек.