— И что теперь нам с Иркой, дома не ночевать? Они ж первые на это не согласятся.
— Мда Если только в обед домой не пойти? Но тогда голодными останемся
— Да это не проблема, перебьемся Вот как узнать, вышло у них что-то или нет?
Тут к нам подплыла мама и разговор пришлось прекратить. Перевернувшись на спину, она покачивалась на воде возле нас. На лифчике перед моим носом вырисовывались напрягшиеся от прохладной воды соски.
— Дети, не засиделись вы в воде? Шли бы на берег, а то замерзнете!
— Да не холодно, мам.
— Федь, у тебя вон уши уже посинели! И у Мишки тоже! Марш греться!
— Не пойду!
Она встала на дно и пихнула меня к берегу:
— Не спорь!
Толчок получился неожиданным. Скользкое дно уехало из-под ног, я взмахнул руками и начал опрокидываться на спину. И рефлекторно вцепился в мамину руку, потянув за собой. Мама повалилась на меня, впечатавшись в грудь ммм грудью. Мишка кинулся нас спасать, но только добавил хаоса. Я кое-как встал на ноги и попытался поддержать в воде бултыхающихся Мишку и маму. Поймав кого-то за что-то, потянул вверх, рука соскользнула по мокрой коже и я понял, что крепко держусь за мамину промежность. Мама, почувствовав это, подскочила, зацепившись чашечкой лифчика за руку поддержавшего ее за плечо Мишки. Грудь с темно-коричневым соском выпрыгнула наружу прямо перед нами. Мы застыли, глядя как присевшая по шею в прозрачную воду мама запихивает ее обратно.
— Все — сказала она, справившись с этим — Быстро оба на берег!
На этот раз мы послушались.
Вопрос с сексуальной жизнью Мишкиных родителей разрешился неожиданным образом. Когда все собрались возвращаться домой, они сказали, что задержатся еще последний разок окунуться, и чтобы их не ждали, они потом догонят. Меня, собственно, это ни чуточки не тронуло, ну охота им — пусть плещутся. Однако Мишка живо сложил два и два и полдороги убеждал меня, что остались они неспроста.
— Ну и что теперь, даже если и так? — не выдержал я.
— Как что!? Надо же убедиться, что это именно то, о чем я думаю! Они ж наверняка на то место пошли, которое пацаны нам показывали!
Предположение было правдоподобным. Осталось решить, под каким предлогом вернуться. Мишка пошарил по карманам, посмотрел на часы на руке, сдернул их и запихнул поглубже.
— Ой! Я, кажется, часы на пляже оставил! Федь, давай сбегаем по-быстрому?
Все, услышавшие громкий возглас, нешуточно обеспокоились потерей и чуть не пинками отправили Мишку назад. И меня заодно.
К заветному месту мы свернули не сразу, а только скрывшись с глаз спутников. Мишка резко ускорил шаг, хотя и до этого я за ним еле поспевал. К месту наблюдения он подполз на животе, со всей осторожностью и поманив меня рукой, выглянул. Я, подползая сзади, по его затылку понял, что все предположения накрылись медным тазом. И точно — внизу никого не было.
— Может, ушли уже?
— Да не, ну сколько у них времени было? Минут десять на все? Не, не может быть!
— Тогда не дошли еще? Или в другую сторону направились?
— Не знаю
— Ну значит не судьба — я встал, отряхиваясь.